Previous Entry Share Next Entry
Происхождение названия МОСКВА
grigam
Москва - гидроним. От него и пошло название города. Слово состоит из двух частей: Моск-ва. "Ва" означало на языке местных племён "вода" или "река" (Прот-ва, Непряд-ва). Так как у ариев "дон", например Дон, Дон-ец, Дан-апр (Днепр), Дун-ай, Лон-дон ("длинная река", древнее название Темзы. Сама Темза, римское название - Тенесис.). Мало того (здесь уже вообще пахнет шизофренией) Нил в древние времена назывался Эридан. Или - Ери-дан. Хотите смейтесь, хотите нет, но Ери (ер, гер, Гермес, Ерманарий, Еремей) древнеславянское Ер, связанное с культом Ярилы и относящееся к его средству оплодотворения. Дан (дун, дон) индо-европейское (арийское) река. То есть Эридан - "плодородная река". У евреев ставшая Иорданом. "Моск" - говорят: мокрое, болотистое место. То есть, "болотистая река". Считают, что Боровицкий холм (от слова "бор", которое значило лес (бор, за-бор, бор-аны, бор-ейцы, за-бор-ейцы, гипер-бор-ейцы, за-бор-ея, гипер-бор-ея.)) (лесистый холм) князь Юрий Долгорукий облюбовал для путевого пристанища и построил крепостицу. Но там и до того было поселение местных жителей.

Согласно летописным сведениям, 28 марта 1147 года на Боровицком холме состоялась встреча Юрия Владимировича с его союзниками в междоусобной борьбе. Эта дата считается днем основания Москвы, в те времена представлявшей собой колонию Красных (Красивых) сел, разбросанных вдоль Москвы-реки и её меньших сестер, многочисленных чистых рек. Поэтом дата основания Москвы условна. Долгорукий построил крепостицу раньше. А селение, где он её построил, было ещё раньше. Вот и думайте, что же принять за дату основания Москвы. Так если считать по колу, впервые забитому в Боровицкий холм, то можно считать, что Москве и все три, а может и больше, тысяч лет.

В древнеславянском словаре по Остромировому евангелию "моск"  имеет применение как самостоятельно, так и в составе производных слов (моска, москательный) обозначающий и сейчас москательные товары. Товары жидкие: краски, клеи, технические масла и другие химические вещества как предмет торговли. Говорят что от персидского "мошх". Однако и персидский входит в группу индо-европейских языков. Или «москит». Говорят, что происходит от исп. mosquito «мушка». То есть тоже слово индо-европейского происхождения, связанное с болотной тварью.

Говорят, что на месте Москвы жили финно-угры. Однако они если и были здесь, то не везде и не всегда. Здесь жили дьяковцы (Дьяковское городище). Кто они, идут споры. Однако на Русском Севере имеется немало водоемов с названиями Ганга, Гангрека, Гангозеро, Карна (герой индийского эпоса, «ушастый, ветвистый» на санскрите), Лакшма (богиня), Кула («пруд»), Падма («кувшинка, лотос»), Пурна, Пурно, Пурное («полный», Пурна – река в Индии), Индига, Индога, Синдош, Синдошка (Инд, Синд). (http://xperehod.ru/topicview-360.html)

Имеются также несомненные признаки культурной связи северодонецкой, юхновской, городецкой и дьяковской культур ещё в I тысячелетии до н.э. На поселениях юхновской и дьяковской культур встречается керамика, элементы орнаментации которой близки к северодонецкой. Например, на дьяковских и юхновских городищах найдены горшки, украшенные по краю венчика насечками, пальцевыми защипами, луновидными ногтевыми вдавлениями или даже сквозными проколами, которые особенно характерны для донецкой лесостепной керамики скифского времени. В памятниках этих культур можно найти одинаковые типы грузил, льячек, пряслиц, погремушек, вотивных сосудиков, зооморфных статуэток и других изделий из глины. Ряд общих форм обнаружено и среди изделий из кости и рога (иглы, мотыжки, проколки, наконечники стрел, застежки и пр.) Топоры очень своеобразного типа с массивным поперечно-расширенным обухом, аналогичные найденному на селище у с. Островерховки, имеются в памятниках юхновской, дьяковской и милоградской культур. Ближайшие аналогии глиняному жертвеннику на городище Караван имеются на городищах дьяковской и городецкой культур. Сами городища дьяковцев (Дяково городище) очень похожи на городища западных славян, которых называют германцами (длинные дома).

Как показали раскопки Дьяковского и других древних городищ, с VII в. до н. э. здесь уже в больших масштабах велась обработка металлов — железа и бронзы. Железо добывали из местных болотных руд. Среди изделий найдены железные серпы, топоры, стрелы, бронзовые украшения, каменные литейные формы и др. Железное шильце и ножичек были найдены вместе с бронзовым кельтом и бронзовым украшением в виде круглой бляхи (так называемый тутул) в погребении № 9 Младшего Волосовского могильника в бассейне р. Оки, которое датируется по А. Я. Брюсову XI—X вв. до н. э

С.П. Толстов "Древний Хорезм" (http://kungrad.com/history/khorezm/oldkhorezm/) считает, что племена кельтиминарской культуры, древнее арийское население приаралья, имело экономические связи с гиперборейским севером. После похолодания, вызванного взрывом вулкана Санторин, уничтожившим Минойскую цивилизацию, арии русского севера двинулись в Приуралье (Аркаим), а далее в Приаралье и так началась эпоха арийских расселений и переселений.

Шрамко Б. А., Древности Северского Донца, Хар., 1962 (http://grigam.narod.ru/publiknau/slav/shramko.rar) приводит данные тесных контактов дьяковцев с сиверянами времён начала железного века. Есть мнение, что Трипольская культура в III - II тысячелетиях трансформировалась, смешавшись с древними жителями лесов севера. (Михаил Видейко. Как могли "исчезнуть" трипольцы http://astroera.net/content/view/76/42/) Так сформировался славяно-арийский этнос, дошедший до Белого моря и Урала. Опять же, после санторинского похолодания славяно-арии покинули эти места, и дошли до Индии. На освободившееся место частично переселились племена, сформировавшиеся на основе взаимо-ассимиляции ариев и приполярных монголоидов - финно-угры. В некоторых местах они живут и сейчас.

Но там же жили и часть оставшихся славян. Поэтому, даже после того, как памятники Дьяковской культуры исчезают в VII в., а славянские памятники появляются в X, тем не менее, название рек не забылись. Сам этот перерыв совпадает со временем существования Хазарского каганата (650—969). Известно, что ему подчинялись и печенеги. С другой стороны, известно, что Вятичи платили дань Хазарам. Вя́тичи — восточнославянский племенной союз, обитавший в VIII-XII веках в бассейне Верхней и Средней Оки (на территории современных Московской, Калужской, Орловской, Рязанской, Смоленской, Тульской и Липецкой областей). От Хазарского рабства их освободил Святослав, уничтожив Хазарский каганат. Вот и причина исчезновения дьяковской культуры. Хазары грабили, убивали и порабощали дьяковцев. Поэтому земля там опустела. Народ разбежался и вернулся только после уничтожения Хазарии. Поэтому, я считаю неверным так уж противопоставлять дьяковцев и славян. Я полагаю, что дьяковцы и были славянами, хотя и перенявшие многие особенности и от соседей финно-угров.

Я почему это пишу?. Потому что это очень скользкий вопрос. Современная официальная история придерживается мнения Марии Гимбутус (американки литовского происхождения), что славяне появились в V веке на Балканах, а затем  расселились по всей Европе. Я же в своей книге "Откуда пришли славяне" (http://grigam.narod.ru/publiknau/pn28.htm) доказываю вздорность такого мнения. Можете почитать. Вот здесь и возникает проблема гидронима Москва. Финно-угорское оно, или славянское. Я считаю, что славянское. Окончание -ва широко входит именно в славянский язык: крапи-ва, була-ва, тра-ва. Есть орфографические элементы и прямо связанные с водой: ва-рить, ва-ряг, ва-нна. Да и само слово «во-да» (англ. water, vapidity; фран. eau; нем. Wasser; исп. agua (аква); Proto-Nostratic */wete/. )  Поэтому, «ва» широчайше распространено среди всех ностратических языков:

    Proto-Indo-European *wed- /wed/- 'water ~ wet'
    Altaic: Proto-Tungusic */ødV/ 'water'
    Proto-Uralic *wete /wete/ 'water'
    Proto-Dravidian *ōtV- ~ wetV-  ~ /wetV/- 'wet'

В связи с этим у нас нет достаточно твёрдых оснований, что «ва» финно-угорского происхождения. Наоборот, достаточно много оснований считать, что оно древнеславянское. И всё слово Москва – древнеславянское, означающее типа «болотистая река», или «болотистая вода». Не исключено и «комаринная река».

Конечно, вряд ли этим тема может быть закрыта. Есть масса других мнений. Например, делят слово Москва на Мос-ква. И ищут, кому принадлежало слово «ква». Поэтому в качестве вывода можно сказать следующее. Гипотеза принадлежности гидронима Москва исключительно финно-уграм не может быть признанной ни единственной, ни даже предпочтительной. Привязка этого гидронима к славянам имеет основу, однако так же не очевидна. Наиболее приемлема гипотеза формирования этого гидронима предками и славян и финно-угров, древними ариями во время расселения потомков трипольцев. То есть к временам формирования этноса славян примерно к IV-II  тысячелетиям до н.э.

Исходя из этого, теория Гимбутус терпит и здесь крах. Предки славян, русских жили в Московской области всегда. Также как и предки финно-угров тоже жили здесь всегда. Это наша общая Родина.

И проблема здесь в том, что бы нашу Родину не отобрали те, кто её уже считает общечеловеческим достоянием.

  • 1
Мало кому известно, что “... название города – “Москва” - происходит от татарского слова “мыскау” (буква “ы” в данном слове произносится как звук, близкий к русским “а” и “о”). Одно из значений слова “мыскау” в переводе с татарского: «взвешивание» или «взвешивать», «отмерять».

В разговорном татарском языке сохранилось слово “мыскау” также и в значении «петля, сеть, сачок» (38, с. 289). В древнем татарском дастане “О роде Чынгыз-хана” упоминается “Московская Орда” (Маскау Урдасы), где “также правят представители рода Чынгыз-хана” (35, 22) – об этом в далее в этой книге еще многое сказано.

И еще уточним: буква «ы» в татарском языке читается (произносится) примерно как русское «ы» в слове «опыт» или как второе «о» в слове «город» [55, с. 15]” (38, с. 8).

Известно, что русский князь Юрий Долгорукий писал своему брату: “...приезжай ко мне в Москов...”(XII в.). Но мало кому известно, и даже многим «профессиональным историкам» неведомо, что также дошли до нас сведения о том, то союзниками Юрия Долгорукого – объединителя Руси вокруг Москвы - были татары (не просто “половцы”, “кыпчаки”, “булгары”, или “ тюрки”, которыми часто подменяют татар в истории “профессиональые историки”, а именно татары, которые проживали в Восточной Европе и Западной Сибири задолго до “монголо-татарского нашествия”). Более обстоятельно об этом написано в книге “По следам черной легенды” (38)...”

Из книги “Наследие татар” (авторы Г. Еникеев и Ш. Китабчы) - Москва, издательство "Алгоритм", 2012 г.

Касательно мнения, что окончание -ВА в гидронимах (Москва, Нева, Нарова) означало "вода": есть также окончание -ГА (как, напр., в Волга, Воймега, Немига) - и считают, что данный "формант" в гидронимах значил "река". Давайте рассмотрим эти два окончания в совокупности (воспользовавшись финно-угорскими словарями и элементарными грамматическими очерками):

В мордовском, эрзянском, реконструируемом муромском языке окончания -ГА (-КА,-ХА) и -ВА - это окончания т.н. "проходного" падежа – ответ на вопрос: «по кому? по чему?», «подразумевая перемещение внутри или по поверхности объекта» (Чернявский, В. Язык Муромы. Москва, 2014: Merja Press).

Эстонцы при создании в XIX веке грамматики (собранной из устных наречий) окончание –GA [-ГА] оформили в "присоединительный" падеж – ответ на вопрос: "с кем, с чем?", а в отношении транспортных средств: "на ком, на чем?" - например, lennuga [леннуга] - на самолете; rongiga [ронгига] - на поезде; bussiga [буссига] - на автобусе; autoga [аутога] - на автомобиле; trammiga [траммига] - на трамвае; teljaga [тэльяга (телега?)] - c осью, на оси (ехать) - от telg, telja - "ось".

У эстонцев окончание -ВА не оказалось оформлено как грамматический падеж, однако гидронимы с данным окончанием встречаются в Эстонии повсеместно, наравне с -ГА.

Примечательно также, что с окончаниями -ГА и -ВА Вы встретите реки не только в Эстонии и на Севере России, но и по всей Восточной Европе.

Падежи с данными окончаниями связаны с движением - и надо понимать, что передвижение в древности и происходило прежде всего по рекам, вдоль рек. В названиях же рек закладывалось описание ХАРАКТЕРА реки. Так, например:

- р. Нарова - движущаяся «по порогам, порожистая река» (narvaine (вепсск.) - «порог»);

- р. Воймега под Москвой - движущаяся «с силой, с мощью» (эст. voime - «мощность, сила»);

- р. Волга - движущаяся «с течением, по потоку» (эст. vool - «поток, течение») - при этом, по созвучию, обычно сравнивают с эст. valge – белый, марийск. волгыдо - светлый - однако, во-первых, там звук [А] вместо [О], и окончание -ГА перестают рассматривать в совокупности с таким же окончанием во множестве других гидронимов;

- р. Немига (она же Нямига, Нямиха - упрятанная под землю в центре Минска) - текущая «вдоль мыса» на котором, при впадении в Вислочь, располагалась крепость, описанная ещё в ПВЛ Нестора (neem, neeme [нейем, нейеме] (эст.) - «мыс, коса, полуостров, земельный выступ, незапаханный конец поля» (в фин. niemi, niemeke [ниеми, ниемеке]);

- р. Нева - движущаяся «по низине» (эст. nõo [ныо, нёо] - ложбина, впадина, низина, пустошь; nõva, nõvva [ныва, нёва] - русло, также борозда, жёлоб, канавка). Примечательно, что с практически тем же названием имеется речка Nõva [Ныва, Нёва] на западе Эстонии, а под Екатеринбургом - Нейва.

Само окончание -ГА - это ещё не «река». В эстонском река – jõga [йыга], в финском – joki [йоки], в карельском и вепсском – jogi [йоги], в саамском – jokkâ [йокка], в ненецком jæha [йэха], в муромском – juha, joka [юха, йока], в мерянском – йог, ега, юк, йуг, в марийском, один из вариантов - йогын. В перечисленных словах окончания –ga [-га] и –ki [–ки] – вероятно, присоединительный, или проходной падеж от более базового слова jõu [йыу, йоу] (эст.), jou [йоу] (фин.) – «сила, мощь, энергия» – и означают «с силой», или «с [движущей] силой».

Аналогично, окончание -ВА - это, скорее всего, не «вода», а лишь созвучное с этим словом падежное окончание! При этом для слова ВОДА никто не видит, что [Д] - это, вероятно, окончание множественного числа. В том же эстонском, vesi, vee [веси, вее] - «вода»; veed, vett [веед, ведь] - «воды» (мн.ч.). По аналогии, mesi [меси, мези] – «мёд» (ед.ч.), mett [меть, медь] – «мёд» (мн.ч.); ср.: в вепсск. mezi [мези] – «мёд» (ед.ч.), met [мет, мед] – «мёд» (мн.ч.).


Из версий о первой части в гидрониме Москва, стоит также не упускать и следующие две:

а) Может объясняться мерянским словом моска – «конопля». Гипотеза подтверждается одной из писцовых книг XVII века, где Москва-река выше Москворецкой Лужи (современные Лужники) названа Коноплёвкой. Коноплёвых полей на территории Москвы было много, и использование данного сельхозпродукта было множественным (одежда, масла). Но новое, славянизированное название Коноплёвка не прижилось.

б) Москва. По-марийски "маска" – медведь. Возможно, река называлась "Медвежьей".

С уважением,
Николай Славянинов

  • 1
?

Log in